Налоговая реформа: Хорошая, плохая, злая — Часть 5, начало

Сегодня я завершаю публикацию перевода серии статей Джона Молдина. посвященной налоговой реформе. В последней части пойдет речь о том, какой видится "правильная" налоговая реформа самому Джону. Можно было бы назвать это "альтернативной республиканской программой", если бы, как мне кажется, у республиканцев не было ни одного шанса включить предложения Джона в свою план.

Когда будете читать последние абзацы этого эссе, прошу помнить, что писалось это все задолго до провала республиканского руководства каким-то образом заменить Обамакер. Думается, оптимизм Джона несколько подугас после этого события.

Оригинал: http://www.mauldineconomics.com/frontlinethoughts/tax-reform-the-good-the-bad-and-the-really-ugly-part-five

“Налоговая лазейка - это то, что выгодно другому.
Если это выгодно вам, это называется налоговой реформой”

– Рассел Б. Лонг

“Реформа корпоративного налога довольно мила в теории,
однако сложна на практике.”

– Андрю Росс Соркин

“Я верю, что небольшой бунт то тут, то там - вещь неплохая,
и даже так же необходимая в политическом мире, как шторм в физическом.
Неудавшиеся бунты, само собой, обычно приводят к посягательствам на права тех людей,
которые его производят.  Открытие этой истины должно сделать
каждого честного республиканского губернатора настолько мягким
в наказании бунтовщиков, чтобы не слишком отвратить их от этого.
Это лекарство, необходимое для крепкого здоровья правительства.”

– Томас ДЖефферсон, в письме Джеймсу Мэдисону,
30 января 1787 г. (230 лет назад)

“Ты говоришь, что хочешь революции

Знаешь, мы все хотим изменить мир

Ты говоришь, что это эволюция

Знаешь.

Мы все хотим изменить мир…

Ты говоришь, у тебя есть реальное решение

Ну что ж, мы желаем увидеть этот план

Ты просишь меня поучаствовать

Ну знаешь, мы делаем все, что можем.

Но все будет хорошо!”

– Джон Леннон/Пол Маккартни, the Beatles, 1968

Сегодня, терпеливый читатель, мы, будем надеяться, достигнем конца нашей саги о налоговой реформе, которая продлилась намного дольше, чем я ожидал. В самом начале я реально думал, что смогу уместить все в одну статью. Затем она превратилась в дилогию, потом - в трилогию, а еще позднее… в общем, вот мы и приплыли. Но, несмотря на размер, на эту серию я получил больше откликов, чем на что-либо еще за долгое время. Мнения были очень яркие. Сегодняшняя часть гарантированно вызовет еще более сильную реакцию, так как реальность, которую я здесь представляю, отнюдь не выглядит красивой, и имеющиеся у нас варианты способов исправления системы, без того, чтобы она на нас полностью обвалилась, попросту не выглядят сильно аппетитно. Честно говоря, я чуствую себя как тот доктор, который должен сказать пациенту о том, что он или она подхватили болезнь, с трудом поддающуюся лечению. Это не смертельно, но у нас нет варианта, позволяющего вылечить ее без сильного дискомфорта и неприятных ощущений.

Хорошее время делать правильный выбор в области бюджетов, налогов и нашей экономики у нас было где-то 17 лет назад. Теперь нам приходится разгребать продолжающие нарастать последствия плохих бюджетов, раздутых расходов и налоговых решений, принятых администрациями как Буша, так и Обамы - включая те необходимые решения, которые они отказались принимать. А некоторые из этих проблем появились еще 40 лет назад, и даже раньше.

Это исследование и написание статьи только подтвердили для меня, в какой степени все наши проблемы взаимозависимы. Мы предпочитаем говорить об экономическом росте, налогах, валютах, центральных банках, политике, долгах, рабочих местах и технологиях как о независимых темах; однако провести четкие границы между ними практически невозможно. Чем более комплексным и системным будет наш анализ, тем будет лучше.

Мне тут напомнили кое-что, о чем я написал почти 13 лет назад, когда я описывал макроэкономические тренды. И это с таким же успехом можно использовать для описания проблем, нагроможденных вокруг налоговой системы.

Паззл супертрендов

Я являюсь большим поклонником головоломок всех видов, особенно паззлов с картинками. Я люблю искать какие кусочки соединяются между собой и наблюдать, как из них появляется картинка, и я провел множетсво приятных часов за столом, пытаясь найти пропавшие кусочки, которые помогают соединить последовательности.

Возможно, это может объяснить мое увлечение экономикой и инвестированием, поскольку нет более величественной головоломки (за исключением, возможно, великих теологических загадок или мышления женщин, в которых я очень мало что понимаю).

Большой проблемой в экономическом паззле является то, что форма каждого кусочка начинает меняться, как только он приходит в соприкосновение другими. Зачастую вы обнаруживаете, что если соединить два кусочка вместе, это совершенно изменяет то, насколько они подходят к другим частям, которые вы, вроде бы, уже подобрали к ним, и врезультате вдруг красивая экономическая картинка совершенно перестает быть похожа на реальный мир.

В этом паззле есть два основных типа экономических кусочков. К первому относятся те из них, которые представляют собой сильные тренды: сами по себе они не меняются, либо эти изменения происходят очень медленно; но они заставляют каждый кусочек, который их коснется, подчиниться их силе. Хорошим примером таких трендов будет демографические изменения.

Ко второму виду относятся те, которые я рассматриваю как балансирующие тренды, или тренды, которые взаимно влияют друг на друга.

В прошлый раз я говорил о том, что создание рабочих мест является главной конечной целью республиканского руководства Конгресса в предлагаемой налоговой реформе. Однако для достижения этой благородной цели нам потребуется реальная перестройка налоговой системы, что может быть довольно противоречивым. И надо отдать им должное за то, что они пытаются найти новые источники бюджетных доходов, для чего прибегли к налогу на потребление в виде ВАТ. Каким бы образом вам ни хотелось бы реформировать налоги, приходится считаться с контекстом нынешнего бюджета, сегодняшней экономической реальностью и надеждами/желаниями/потребностями избирателей. Сегодня мы рассмотрим как правительственные расходы и долг воздействует на проблемы налоговой реформы. Разобраться, что тут причина, а что - следствие, будет непросто, но в процессе этой попытки мы увидим кое-что очень важное.

Вашнгтон, округ Колумбия: Долговая книга

Если вы никогда этого раньше не видели, немедленно прервитесь и посетите вебсайт US Debt Clock. Вы увидите что-то вроде этого, за исключением того, что значения чисел будут больше:

Все эти данные изменяются в реальном времени, прямо перед вашими глазами.  Наблюдение за ними неожиданно завораживает и довольно сильно удручает. Оно высвечивает неспособность человека воспринимать большие числа. Мы можем смотрять прямо на них, и, тем не менее, совершенно не понимать их реальной величины. Тем не менее, это стоит попробовать сделать.

Перенесите свое внимание на зону в верхнем левом углу долговых часов. Вы увидите, что национальный долг взлетел почти до $20 триллионов (и пересечет эту линию уже в ближайшие месяцы). (Региональные и местные долги составляют еще $3.2 трлн.) $20 трлн - это номинальная сатоимость всех находящихся в обращении ценных бумаг Казначейства. Сюда не включены необеспеченные обязательства (unfunded liabilities) фондов социального страхования и Medicare. Эти цифры находятся в самом низу страницы, но пока давайте их отложим в сторону.

Разделим эти национальные и местные долги на количество граждан США, и увидим, что каждый из нас – мужчина, женщина и ребенок – должны более $70 тыс. Хуже того, общий долг на одного налогоплательшика превышает $190 тыс, и продолжает быстро расти. Если добавить сюда необеспеченные социальные обязательства, то общая задолженность на одного налогоплательщика вырастет до примерно $1.2 млн, плюс-минус. (Есть аналитики, которые считают, что эта цифра слегка ниже миллиона, а другие - что выше двух миллионов. Как бы то ни было, это громадная сумма.) Кстати сказать, в эту сумму не входят необеспеченные социальные обязательства на региональном и местном уровне, куда входят пенсии, которые теоретически гарантированы правительствами штатов. Добавим сюда еще пару сотен тысяч, в зависимостi от того штата, где вы живете. Сразу предупреждаю: если вы живете в Иллинойсе или Калифорнии, не пытайтесь оценить эту цифру, не имея под рукой алкоголя или сердечных капель.

Это та сумма долга, которую мы позволили накопить от нашего имени нашим избранным представителям в правительствах всех уровней. И эта сумма продолжает расти. Федеральные расходы сегодня составляют порядка $4 трлн в год, что примерно на $591 млрд больше, чем получаемые налоговые доходы. Но, само собой, это и есть бюджетный дефицит. Но помимо этого есть небюджетный дефицит, это отдельная история. Да, наши представители в правительстве устроили все таким образом, что они в принципе могут увеличить национальный долг, не будучи в этом виноватыми. К примеру, округленно, бюджетный дефицит в последние 2 года был около $1 трлн, однако реальный прирост национального долга за это же время составил $2 трлн. Дело в том, что там имеются разные виды затрат, которые технически не считаются бюджетными расходами, включая студенческие кредиты, некоторые затраты на социальное страхование и т.п. Однако для их покрытия правительству тоже нужно занимать деньги у населения.

Вы можете удивиться, когда узнаете из чего состоят налоговые доходы. При всех этих разговорах о корпоративных налогах, индивидуальный подоходный налог с большим отрывом остается самым главным источником дохода. Из общего поступления в сумме $3.4 трлн, примерно $1.6 трлн приходится на индивидуальный подоходный налог, $1.1 трлн - на социальные налоги и $308 млрд - на корпоративные налоги. (Остаток составляют акцизы, которыми облагаются продажи таких товаров, как алкоголь и сигареты плюс несколько мелких налоговых взносов. Замечательный факт: поступления от Федеральной Резервной системы, из-за того, что ФРС резко увеличила свой баланс, сегодня дают порядка 3% от общих доходов правительства США.)

Что не так в этой картине? Ответить будет проще, если мы сократим пару нулей. Если ваш доход составляет $335 тыс в год, a тратите вы $390 ,тыс в год в добавок к тем $2.3 млн долга, что накопились за предыдущие годы, плюс $10 млн, которые вы обещали заплатить в будущем - можно ли считать вас закредитованным? А если вы добавите еще $50 тыс в год в дополнение к вашим бюджетным расходам, я скажу, что вы таки да, закредитованы. Но это практически состояние федерального правительства.

(Продолжите ли вы одалживать деньги кому-нибудь, находящемуся в подобных обстоятельствах? Скорее всего, нет. Но люди это делают каждый раз, когда покупают казначейские облигации.)

И это лишь федеральное правительство. Региональные и местные правительства тратят почти $2.8 трлн в год. Их долги меньше, если смотреть относительно вашингтонских, всего $3.2 трлн, но они усиленно стараются их догнать. И долговое бремя станет только тяжелее на всех уровнях, когда (не если, а именно когда) экономика вновь войдет в рецессию. Расходы вырастут, а доходы - упадут.

Однако легко критиковать правительство, а нам бы тоже не мешало самим взглянуть на себя в зеркало. Мы выбрали этих людей и дали им возможность накапливать долги. Почему мы это делали? Я думаю, это из-за того, что мы сами настолько закредитованы, что нам трудно взглянуть в лицо реальности.

US Debt Clock отслеживает также и персональные долги. Добавьте ипотеку, автокредиты, кредитные карточки, баланс по студенческим кредитам, и мы все вместе окажемся должны кредиторам более $18 трлн в дополнение к $20 трлн федеральных долгов и $2.8 трлн местных правительственных долгов.

И здесь важно заметить следующее. Долг, который Конгресс накопил от нашего имени, $62 тыс. на гражданина, всего лишь немногим более тех $56 тыс, которые мы задолжали сами. Справедливости ради, 80% из них приходится на ипотечные долги, которые теоретически обеспечены активами, имеющими большую стоимость, чем сумма кредита.

Но подождите, это еще не все. Корпорации и нефинансовый бизнес тоже влезли в долги – примерно еще $20 трлн. Общая задолженность в США сегодня порядка $65 трлн, или около 340% от годового ВВП. Общая сумма федерального, регионального и местного правительственного долга составляет 121% ВВП. Помните, всего пару лет назад я говорил о том, какую большую проблему представляет задолженность Италии в размере 120% от ВВП? Вот, теперь и мы там.

(Я не совсем понимаю, почему база данных ФРБ Сент-Луиса “Fred” прекратила публикацию этой серии в 2015 году, и я пока не смог найти эту информацию где-либо еще.)

Итак, прежде чем мы перейдем к тому, как нам реформировать наши налоги, нам вначале нужно составить список всех факторов, которые будут влиять на наше решение. Это будут ключевые кусочки нашего “супертрендового” паззла, о котором я рассказывал в начале этой статьи.

1. Растущие долги и замедляющийся рост ВВП

В своей научной работе, Рейнхарт, Рейнхарт и Рогофф продемонстрировали, что когда правительственный долг пересекает планку 90%, он начинает оказывать воздействие на рост ВВП. В экономических кругах этот вывод считается несколько противоречивым, так как некоторые называют более высокий или более низкий порог. Как бы то ни было - мы уже ушли далеко за 90%.

Нужно понимать, что Р,Р и Р не исследовали какие-то теоретические предположения; они изучали реальные уровни долга и реальные цифры роста в десятках стран и ситуаций за длительный период исторического времени, и видели, что излишний долг начинает сдерживать рост. Мы можем спорить, из-за чего это так происходит, но факт состоит в том, что долг на том уровне, какой мы уже достигли в США, делает довольно затруднительным даже мечтать о 3% или 4% росте экономики. Поэтому когда политики говорят о росте экономики на 3% в год, они идут против довольно сильного встречного ветра. Подобный рост не является невозможным даже в наших условиях, однако он будет явно ненормальным, учитывая то, что мы уже знаем об истории соотношения долгов и роста. Чтобы сегодня добиться роста экономики на 3%, нам потребуется налоговая реформа, выходящая далеко за пределы того, что сейчас предлагается. Нам потребуется реальная налоговая реформа, а не лишь понадкусывание по краям.

В прошлом я часто критиковал Управление Конгресса по бюджету из-за того, что они всегда были чересчур оптимистичны в своих прогнозах роста ВВП. Поэтому теперь я должен выступить вперед и сказать, что я чрезмерно впечатлен тем, что в этом году Управление стало намного более реалистично в своих цифрах. На следующие 10 лет они прогнозируют немного менее 2% ежегодного роста, включая выброс в 2017 году, который составит 2.3%. Они также предполагают уровень безработицы ниже 5% в следующие 10 лет, а инфляцию слегка выше 2%. Это дает нам рост номинального ВВП примерно на 4%. (Данные и расчеты можно увидеть на их сайте).

Такой рост экономики означает, что дефицит превысит $700 млрд, что, в свою очередь, приведет к тому, что наш долг будет расти быстрее, чем наша экономика. Помимо этого, как мы отмечали выше, есть еще внебюджетный долг, что означает, что долг будет расти примерно на $1 трлн в год или даже больше, если только мы не свалимся в рецессию.

В принципе, Управление прогнозирует, что общий дефицит за последующие 10 лет составит более $10 трлн. Это примерно равно росту номинального роста экономики, т.е. теоретически наше соотношение долга к ВВП не должно так уж сильно измениться. Однако…

Региональные и местные долги также будут расти, и потом имеются все эти маленькие противные внебюджетные циферки, которые все вместе добавят еще $6–$10 трлн к национальному долгу. ОПять же, плюс-минус. Очень трудно получить точные цифры, но я абсолютно уверен, что попал довольно близко к цели. В результате мы начинаем говорить о соотношении долга к ВВП в районе 150% (плюс-минус 10%), если все останется так, как оно есть сейчас.

Долг - это потребление, перенесенное из будущего. Если вы занимаете деньги и тратите их на что-нибудь сегодня, эти деньги вы не сможете потратить в будущем. Теоретически, вам их еще и придется возвращать. Долг может быть хорошей штукой, если вы используете его на покупку производительных активов, которые участвуют в росте экономике и увеличивают ваше богатство с течением времени. Однако тот долг, который набирает правительство, почти на 100% используется на текущее потребление, а не на создание производительных активов типа инфраструктуры.

Существует несколько теорий, почему долг оказывает угнетающий эффект на рост экономики. Понятно, что долг может и стимулировать рост, но имеется определенный предел того, какую сумму долга можно производительно использовать; и после того, как вы достигли этого предела и перестали увеличивать долг, рост, который создавался с его помощью, также исчезнет. Более того, деньги, которые нужно будет отдавать на возврат набранных долгов, нельзя будет использовать для роста экономики.

Европа в целом имеет больше долгов, чем США, а Япония - намного больше, чем Европа – и оба этих региона испытывают более медленный рост, чем США. Их граждане живут неплохо, и в их культуре есть много достойного восхищения; но если ваша цель 3% рост и больше рабочих мест, то увеличение долга выше того предела, который уже имеется – а это намного меньше европейского и японского уровней – это не то, что можно считать положительным.

Таким образом, одним из важных условий налоговой реформы должно стать снижение дефицита до такого уровня, чтобы рост ВВП начал избавляться от негативного воздействия со стороны роста долга. Подробнее об этом будет ниже.

2. Сколько правительства вы хотите?

Когда вы сложите все правительственные расходы на всех уровнях, вы увидите, что правительство тратит немногим менее 40% (по моим подсчетам - 38.9%) от всего ВВП США. При нынешних темпах роста бюджетов всех уровней, эта цифра превысит 40% уже к концу этого года. (Некоторые расходы могут быть посчитаны дважды, так что, возможно, это будет лишь 39%. Точную цифру довольно сложно определить. Хорошая тема для кандидатской диссертации для кого-нибудь, кто сумеет собрать все данные в одну рабочую таблицу, которая будет своевременно обновляться).

Посмотреть каков процент ВВП расходуют правительства других развитых стран можно здесь: https://data.oecd.org/gga/general-government-spending.htm. Не удивительно, что европейский уровень находится выше, а корейский и швейцарский - ниже. Но в целом, чем больше уровень вовлечения правительства в экономику, тем больше стран с низким ростом. (Исследование воздействия на рост размеров правительства по отношению к частному сектору не дает настолько же определенных выводов, как исследование по уровню долга).

В этом году валовый внутренний продукт США составит более $19 трлн. Частный сектор составит $11.4 трлн, плюс-минус. Чтобы добить ВВП до $19 трлн, частный сектор должен дополнительно внести порядка $7.6 трлн в виде налогов. (Заметьте: я включил долг, который должен быть профинансирован через частный рынок.) Бюджетные федеральные расходы составляют всего лишь 21% ВВП. Внебюджетные расходы в среднем укладываются еще в 2–3 процентных пункта, в разные годы по разному. (Эта цифта на самом деле может довольно сильно изменятья.).

Большинство республиканцев предпочли бы видеть меньшее воздействие правительства на экономику, что значит - они хотели бы оставить налоговые поступления примерно на нынешнем уровне, но брать их из других источников. Демократы, в целом, были бы не против видеть большее воздействие правительства на экономику и более высокие налоговые поступления.

http://igor734.livejournal.com/57528.html

хорошоплохо (никто еще не проголосовал)
Loading...Loading...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.